Центр Нарния
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ

День был теплым_1 глава

Печать  

 

 

С. и Н. Пономаревы "Боишься ли ты темноты?" / Худож. Н. Сапунова. – М.: Центр "Нарния, 2010. – 288 с.: ил. – "Мир для всех: Там, где мы живем"

Глава 1

День был тёплым и солнечным. Как и положено майскому дню. Только тёмные от недавних дождей тротуары, небольшие лужицы вдоль дорог и влажная трава давали понять, что так было не всегда. Сергей остановился у киоска, нерешительно оглядел ровные ряды сигаретных пачек и, который раз упрекнув себя в том, что вообще-то пытается бросить, купил нечто облегчённое, с ментоловым привкусом. На табло над огромным Дворцом бракосочетаний высветилось время «17.20» и температура «+21С». Пора было идти. Неприлично в первый же день опаздывать на работу, какая бы она ни была. Он направился к автобусной остановке, вспоминая недавний диалог с соседом. Диалог двух сумасшедших:
– Ну что, Серёга, нашел работу?
– Да, на бирже подобрали.
– И где?
– Ночным воспитателем в детском доме.
Сосед не то покраснел, не то побледнел, но, во всяком случае, в лице изменился. И спросил:
– Ты что, с ума сошёл?
– Нет. Мне просто нужна работа в ночь.
– Но там же дети!
– Я догадался. У меня образование педагогическое.
– У тебя факультет иностранных языков! Какие оттуда педагоги? Ты переводчик, Серёга!
– Мне просто нужна работа в ночь. А дети меня не съедят, не бойся. Я когда-то вожатым работал.
Сосед с сомнением покачал головой и уточнил:
– Ты просто не знаешь, КАКИЕ там дети.
– Нормальные, – преувеличенно бодро отозвался Сергей, – сейчас такие везде. Время послушных пионеров в галстучках давно прошло.
Сосед, конечно, замолчал, но остался уверен в своей правоте. А Сергей – в своей. Ему просто нужно работать в ночь. Потому что спать ночью получается редко. Вот он и нашёл себе смену с шести вечера до шести утра… В маленьком окраинном детском доме. У него будет комнатка, где можно зажечь свет и сидеть над своими переводами, у него будет педагогический стаж, и куча свободного времени днём…
Сергей вышел на нужной остановке, пошарил в карманах, достал ментоловую сигарету, закурил – баловство, а не курение, и пошёл туда, где за синим деревянным забором, древним, как и весь частный сектор вокруг, располагались строения детского дома. Справа от ворот вдоль забора протянулись гаражи, слева – сточная канава, размытая весенними дождями до размеров рва, за территорией сразу начиналось заброшенное кладбище, ещё дальше виднелось единственное в округе четырёхэтажное здание – красная кирпичная школа. А вокруг, куда ни глянь – покосившиеся, вросшие в землю домики вперемежку с огородами, картофельными полями и . Сергей выбросил окурок, поправил поднебольшими берёзовыми колками мышкой папку с захваченным из дома французским текстом, и ускорил шаг: стрелки на его часах уже приближались к шести.
В комнате, громко именуемой вестибюлем, на обитой ободранным дерматином кушетке, прямо под внушительного размера картиной «Девятый вал» , сидела женщина, с которой Сергей разговаривал позавчера, когда приходил устраиваться на работу. Тогда она целый час водила его по корпусу и показывала помещения, подсобки, объясняла, что где
находится, и за чем надо следить в первую очередь. Женщину звали Вера Ивановна. Это была немолодая уже особа: высокая и костлявая, одетая в чёрную юбку и ярко-красную блузку с нелепыми оборочками на груди. Волосы её были стянуты в узел, губы сурово сложены, а на переносице восседали огромные очки в тяжёлой оправе. Казалось бы, под тяжестью таких очков любой человек согнулся бы вдвое, но Вера Ивановна держалась на редкость прямо. Она не понравилась Сергею с первого же взгляда – слишком усталое и умудрённое у неё было лицо. Примерно такое, как у первой учительницы Сергея, которая без конца повторяла, что любит детей, а сама таскала их за уши и била линейкой по рукам. Но, в конце концов, Сергей её не в родственники выбирал – какая разница, кто тебе сдаст смену. Вера Ивановна сухо поздоровалась, не ответив на улыбку, вытащила из сумочки связку ключей, сообщила, что детей по списку сорок девять и сначала на ужине, а потом перед сном их надо сосчитать, отметить галочками в тетради, и изнутри запереть все двери. Кроме Сергея в детдоме оставались две ночные няни и сторож, но сторож ночевал в подсобке у мастерских, а няни, по словам Веры Ивановны, несмотря на все запреты спать, укладывались в комнатах у малышей
и, рассказав им сказки, всё-таки засыпали.
– Так что вся ответственность на вас, Сергей Фёдорович, – подытожила она. – Особенное внимание стоит уделять старшим мальчикам. Не буду вас вводить в заблуждение – хороших детей здесь нет...
– Я понял, – сказал Сергей, вертя в руках ключи.
Вера Ивановна взяла сумочку и степенно удалилась, успев у самой двери сделать кому-то замечание. Сергей проводил её взглядом и пошёл по коридору в сторону комнаты для воспитателей. На него со всех сторон глазели дети. Те, кого надо будет пересчитать в десять часов. Те, среди которых, по словам Веры Ивановны, нет ни одного хорошего человека. Сергей открыл дверь, притворил её изнутри и огляделся. Крохотная комнатка выглядела по казенному уныло: узкий диванчик с вылинявшей цветастой обивкой, вешалка для одежды, письменный стол, книжный шкаф и не к месту яркий календарь с изображением группы «Руки вверх» . В шкафу пылились изданные пару десятилетий назад тома из серии «Мир детства» , несколько разнокалиберных учебников по педагогике, пустой цветочный горшок, и сложенные стопочками детские рисунки. На верхней полке стоял древний электрический чайник и три гранёных стакана. Несколько полок были пустые. Сергей положил папку на стол, взял пачку рисунков. Без большого интереса просмотрел. Цветочки, кошечки у девочек, танки, самолёты и взрывы – у мальчиков. Всё, как положено. Он вернул рисунки на место.
В следующую минуту в дверь стукнули, и на пороге показалась пожилая женщина – ночная няня, одетая в уютный домашний халат. Взгляд у неё был слегка утомлённый, но бесконечно добрый. Так в представлении Сергея должны были выглядеть все настоящие бабушки. И он бы не удивился, если бы вдруг от неё запахло блинами и вареньем, а вокруг бы толклись внуки. Но няня пришла одна. И дружелюбно поинтересовалась:
– Располагаетесь, Сергей Иванович?
– Фёдорович, – поправил Сергей.
– Да-да, перепутала, бывает. Вы такой молодой. Можно, я стану звать вас просто Серёжей?
– Можно, – улыбнулся Сергей.
– А я Анна Львовна. Вот, пришла сказать, что если спать собираетесь, то я вам постельное бельё принесу и покрывало.
– Можно только покрывало, – сказал Сергей, – я спать не буду.
– Да? Тогда чайку возьмите на ужине, а тут потом погреете. Чайник работает. И вот что, Серёженька, я вас пришла попросить… Наши старшие мальчики иногда собираются в гараже… Вон там, недалеко от ворот. Один гараж заброшенный и они повадились там курить. Днём-то воспитатели, конечно, их гоняют, а как вечер, так никто ничего сделать не может. Я вот туда вообще заходить боюсь, да и напарница моя тоже. Мы, Серёженька, больше с маленькими, да проследить, чтобы в столовой убрали после ужина, а чтобы их по гаражам разыскивать… – Анна Львовна виновато развела руками.
– Значит, мне надо пойти, выгнать их из гаража, – понял Сергей.
– Да, вы мужчина, вас послушаются. Скажите, чтобы все зашли в корпус.
– Хорошо. А что я должен делать потом? До отбоя? Мне Вера Ивановна объясняла в общих чертах, но хотелось бы уточнить.
– После ужина надо проверить, чтобы все сделали уроки, – сказала Анна Львовна. – Мы проверим малышей, вы – старшеклассников. Потом дети у нас идут телевизор смотреть, да играть. Отбой в десять. Главное, следите, чтобы ничего не случилось. Чтобы все спать легли, чтобы драк не было…
– А что, часто дерутся?
– Бывает. Дети у нас разные…
– Ладно, – Сергей согласно кивнул, – я пошёл к курильщикам…
Гараж он отыскал сразу – по пробитой в нескольких местах проржавевшей двери. Она была прикрыта, но не до конца, а так, чтобы в щель мог протиснуться подросток. Сергей протискиваться не стал, а рванул дверь в сторону, чтобы она отошла. И оглядел компанию. В гаражном сумраке на перевёрнутых ящиках сидели три парня и две девчонки. Все, наверное, старшеклассники. Они молча смотрели на Сергея, почти одновременно спрятав сигареты. Что было, конечно, бесполезно – дым в гараже стоял коромыслом.
– Ну, здравствуйте, подрастающее поколение, – нарушил тишину Сергей, – я ваш новый воспитатель, Сергей Фёдорович.
– Здравствуй, – хмыкнула черноглазая девица в короткой юбке, сидевшая ближе всех. Ей было лет шестнадцать. Впрочем, Сергей мог и ошибиться. Однако он успел отметить, что выглядит та потрясающе. Особенно для прокуренного гаража. Девочка – модель. Ноги от ушей, распущенные по плечам волосы, в вырезе джинсовой блузки просматривается вполне приличная для её возраста грудь. Сергей мысленно чертыхнулся и сказал:
– Здесь курить нельзя.
– А где можно? – ничуть не смутившись, спросила та же девица, и отправила сигарету в рот. Пошловато, но с претензией на элегантность.
– Нигде нельзя, – жёстко сказал Сергей и осмотрелся внимательней. Один из парней оказался рыжим веснушчатым переростком с глупой физиономией и огромными кулачищами; другой был маленький, бритый налысо, с живыми хитрыми глазками и потрескавшимися губами, которые он нервно облизывал; третий сидел в самом тёмном углу, прижавшись к ржавой стене клетчатой рубашкой, лицо у него было бледное и какое-то больное. Рядом с ним сидела девчонка, худенькая, с жидким хвостиком на голове, одетая в мальчишеские джинсы и спортивную футболку.
– Минздрав предупреждает, – хихикнула черноглазая. – Ладно, дядя, не переживай, докурим – придём. На ужине все будем.
– Нет, вы не поняли, – Сергей усмехнулся. – Вы встанете и выйдете прямо сейчас.
Девица задумалась, закинув ногу на ногу, отчего её юбка задралась ещё больше. Бледный мальчишка из своего угла тут же перестал смотреть на Сергея, и уставился на неё. Со смесью обожания и желания в глазах. «Сопляки озабоченные», – подумал Сергей и совсем серьёзно сказал:
– Что, по одному выводить?
– Это как? – тупо спросил здоровенный.
Сергею стало весело.
–А это вот так, – он вошёл в гараж, взял парня чуть выше локтя и, немного завернув ему руку, потянул вверх, – могу сделать больнее. Но ты можешь пойти добровольно.
– Вы чё, – завопил парень гораздо энергичнее, чем ожидал Сергей, – я сам пойду!
– Конечно сам, – Сергей немедленно отпустил его. Почему-то стало противно. Первый педагогический опыт на новом месте, и пришлось применять силу. Да к кому – к умственно отсталому пацану! Да, нервы всё-таки ни к чёрту…
– А вы и с женщинами так обращаетесь? – спросила черноглазая, но сигарету потушила.
– По мере необходимости, – отрезал Сергей. – Ну, проходим на выход!
Девица одёрнула юбку, и не спеша, вполне довольная собой, удалилась. Может, она даже была уверена, что Сергей теперь будет её разглядывать, и она ему понравится… Вслед за ней вышел, потирая руку, рыжий, прошмыгнул лысый. Девчонка и мальчишка из дальнего угла взялись за руки, и пошли к выходу осторожно, опасливо глядя на Сергея. На улице солнечный свет осветил их лица и Сергей усмехнулся. Насколько несимпатична была девчонка, настолько симпатичен мальчик. Она – худая, бесцветная, с почти прозрачными серо-голубыми глазами, острыми ключицами, и без намёка на женскую фигуру, он – темноволосый, зеленоглазый, стройный. Пожалуй, его можно было назвать даже красивым, если бы не затравленный взгляд. Мальчишка, выходя, взялся за гаражную дверь и Сергей разглядел несколько розовых шрамов на его руке, тянущихся от запястья до локтя, где они терялись под подвёрнутым рукавом рубашки, испачканной в ржавчине. Сергея передёрнуло. Он проследил, чтобы подростки дошли до корпуса, встал за угол гаража и сам закурил. В душу закрадывалось подозрение, что здесь всё будет, вопреки его ожиданиям, не так просто… 

 

© 2006, Нарния Разработано в GEHARD
Rambler's Top100 Яндекс цитирования ICQ: cтатус ICQ499669206 My status